11 лжецов [litres] - Роберт Голд

Глава 45

– То есть целью поджога была попытка убийства Арчи Грейса? – спрашивает Дэни, когда мы сидим друг напротив друга за столиком в углу кофейни на Нижней улице.

– Во всяком случае, он так думает, – отвечаю я и объясняю Дэни, что именно его я спас из горящего здания.

– Но зачем убивать пятнадцатилетнего мальчика?

– Он ввязался во что-то, во что не следовало ввязываться. Сегодня утром он выглядел напуганным. Мы знаем, что он был в клубе не просто так.

– Нож.

Прикончив чашку кофе, я взглядом нахожу в переполненном кафе официанта. Он подходит к нашему столику, и мы заказываем завтрак. Дождавшись, когда он удалится, Дэни достает что-то из сумки.

– Взяла вчера днем в отделении, – говорит она и протягивает мне конверт. – Отчеты о пожаре и заключения судмедэкспертов.

– Отлично. Нож упоминается? – спрашиваю я и начинаю с нетерпением просматривать документы, но ловлю предостерегающий взгляд Дэни и кладу бумаги лицевой стороной вниз перед собой.

– Прости, – говорю я и напоминаю себе, что это не просто история – это история семьи Дэни.

– Все нормально. Я ведь сама попросила тебя помочь, – отвечает она. – Но о ноже там ни слова. Ты уверен, что он там был?

– На все сто. Арчи ползал в огне, пытаясь то ли спрятать нож, то ли его достать. Когда мы с Кук потом вернулись, он блеснул в свете моего фонарика.

Я продолжаю читать отчет о пожаре.

– Я даже спрашивала вчера Кук, – говорит Дэни.

– И?

– Она не видела ножа.

– Он был там, и кто-то его забрал, – отвечаю я. – Арчи из-за него чуть не погиб. Тому должна быть причина.

Я открываю отчет о пожаре, уничтожившем дом Дэни, когда нам приносят завтрак.

– Вижу, в еде ты все тот же консерватор, – говорит она, когда я прошу к омлету с сосисками коричневый соус.

За этим завтраком, просто наслаждаясь воскресным утром, мы вдруг почувствовали себя лет на пятьдесят старше. И оба улыбнулись молодой паре с младенцем за соседним столиком.

– Ни слова о гирляндах, – говорю я, снова погружаясь в отчет о пожаре. – Только о том, что из открытого камина в вашей гостиной выпали угли.

– И что это значит?

– Может быть, и ничего, – говорю я, продолжая читать. – Сначала загорелись пустые коробки от рождественских украшений, а затем мебель в гостиной.

Я объясняю Дэни, что в то время местная пресса сообщала, что пожар был вызван неисправными рождественскими гирляндами. У меня складывается неприятное ощущение, что Джеку Кашу было проще оставить этот отчет без исправлений. Пока мы заканчиваем завтрак, я делюсь с Дэни вырезками из газеты “Ричмонд Таймс”, а также деталями нашей с Сэмом встречи с Бетти Бакстер.

– И что ты о ней думаешь? – спрашивает Дэни.

– Она умеет владеть собой – лишь раз на минуту потеряла самообладание. Ей очень не понравилось, когда твой отец в последний раз взялся за нее.

– Но у него ничего на нее не было.

– Что-то задело ее за живое. Она здорово разозлилась.

– В последний год жизни он собрал много материала, но так его и не систематизировал. Может, мне стоит все это пересмотреть? Хотя я не уверена, что что-нибудь найду.

– А почему провалилось последнее обвинение?

– Он искал ее связи с контрабандой через границы графства. Рассчитывал выйти на поставщика детей-курьеров, но не сумел.

– Значит, вот что он искал. И нам нужно двигаться в том же направлении.

Дэни на мгновение замолкает.

– Что такое? – спрашиваю я.

– Что, если окажется, что он был прав? А я ему не поверила?

Я качаю головой. Я слишком хорошо знаю, насколько опасными бывают все эти “что, если”.

– Ты делала то, что считала правильным в тот момент, – говорю я. – Это все, что можно требовать от человека.

Дэни кивает.

– Узнал что-нибудь еще от Бетти?

– Клуб строил сын преподобного Уизерса.

– Я даже не знала, что у него есть сын.

– Он давно покинул наш район, если вообще еще жив. Хотел бы я его разыскать.

– Я не могу снова пойти в отделение, – отвечает она, допивая кофе. – Я и вчера-то рисковала. – Она делает паузу. – Но я могла бы попросить Карен Кук.

Я снова качаю головой:

– Не стоит.

– Почему? Мне кажется, она хочет помочь.

– Я ей не доверяю, – отвечаю я. – Если бригада судебных экспертов не нашла нож, значит, его нашел кто-то другой. В ночь пожара единственным человеком, кто знал о ноже, была Карен Кук.

Глава 46

– Это все-таки натяжка, – говорит Дэни. – В прошлом у нас с ней бывали конфликты, и мне не нравится, как она ведет себя на работе, но она хороший полицейский.

– По какой-то причине кто-то хотел избавиться от ножа.

– Откуда мы знаем, что это Карен?

– А откуда мы знаем, что это не она?

Я улыбаюсь и спрашиваю Дэни, участвует ли она в понедельник в реконструкции.

– Это важно для Мэта. Я ищу, как помочь ему вернуть себе прежнюю жизнь, которую он так любил.

Я тянусь через стол и беру Дэни за руку:

– Это я понимаю, но где во всем этом ты сама?

– На данный момент, Бен, это и есть я сама, – отвечает она и убирает свою руку. По ее тону ясно, что она не хочет это обсуждать.

Официант подходит убрать со стола.

Я откидываюсь на спинку стула.

– Вчера днем я поднимался на Хадли-Хилл, взглянуть на твой старый дом.

– Это не совсем мой старый дом. После пожара его полностью перестроили.

– Ты больше туда не возвращалась?

Дэни качает головой:

– Думаю, папе было слишком тяжело жить с воспоминаниями о маме. Ему нравился Хадли, но он не мог там оставаться. Мне было пять, когда мы переехали в Клапем.

– Я встретил женщину, которая живет по соседству, – говорю я. – Она, кажется, жила там тогда же, когда и вы.

– Я ее не помню, – отвечает Дэни, отодвигая назад стул.

– Может, как раз эта соседка помогла вам выбраться из огня? Она жила рядом.

– Может, и она – папа никогда об этом не говорил. – Дэни встает и отходит к барной стойке. – Я заказала тебе еще кофе, – возвращаясь, говорит она.

– После переезда в Клапем вы с отцом всегда жили вдвоем?

Дэни кивает:

– Я ждала, что мама вернется домой, но так и не дождалась. Я часто ставила на стол лишнюю тарелку и говорила папе, что это для мамы. В конце концов, я думаю, ему было проще ничего не менять.

– Прости.

– За что? Мы с ним делили память о маме, делали ее реальной. Она была для него